Субботний вечер в Лондоне, или как мы попалали на выставку Малевича

Вечером в субботу, четвертого октября, пока весь Лондон отмечал долгожданные выходные в пабах да ресторанах, мы с затейливой москвичкой К.К., выбрались на выставку Казимира Малевича в Tate Modern.

Затейливая москвичка, прошу заметить, — моя близкая подруга. Поэтому ей дозволено день напролет тягать меня, простуженную, по когда-то родному нам городу. Через дождь и ветер, с неподдельной улыбкой от счастья.

portrait-of-woman-in-yellow-hat-1930

Казимир Малевич «Портрет женщины в желтой шляпе», 1908

Вы её знаете по нескольким моим стихотворениям. Например, этому:

мне бы к вам на грудь пасть... (с) Лена Зински

Стихотворение Лены Зински из антологии «Когда воображаю Лондон», 2012-13

Вопреки своей любви к искусству, на Малевича я идти не хотела. Тем более — на ночь глядя. Назавтра у меня билет на самолет, чемодан еще не собран, сувениры — не куплены. Да и не люблю я супрематизм.

«Ты как хочешь, а я пойду! — категорично заявила К.К., на выходе из очередного обувного магазина. — Только съезжу сумки заброшу да переоденусь.»

Ехать ей нужно было на север Лондона. Тэйт — на юге. А я останавливалась на западе. На часах было без четверти шесть.

«Поезжай. — Устало промямлила я, ухватившись за её неискреннее «ты как хочешь». — А я отдыхать буду…»

«Давай так: я соберусь и заеду за тобой на машине»…

Казимир Малевич "Супрематизм", 1915-1916.

Казимир Малевич «Супрематизм», 1915-1916.

В отеле мной одолело неугомонное чувство «ну как я могу пропустить такую важную выставку». По выходным Тate Modern открыт до 22.00, значит — еще пару часов в запасе есть.

Казимир Малевич "Автопортрет", 1908 либо 1910-11.

Казимир Малевич «Автопортрет», 1908 либо 1910-11.

Оказывается, субботним вечером в музее совершенно особая атмосфера. Бродишь по полупустым залам, спокойно и вдумчиво всматриваясь в представленные экспонаты, и ловишь себя на мысли, что еще никогда тебе здесь не было так уютно. В будние людей в галерее собирается во много раз больше, чем картин. Приходиться толпиться, суетиться, нервничать. А сейчас — тебе предложено полное уединение с искусством.

500px-Девушка_с_красным_древком

Казимир Малевич «Девушка с красным древком», 1933

Казимир Малевич (1879-1935) меня удивил. Не черным квадратом. Не безликими людьми-манекенами. А своими ранними работами и поздними портретами.

Ранние работы Казимира Малевича

В поисках собственного я, юный Казимир Малевич зачастую заимствовал идеи у французских импрессионистов. В его работах можно и Сезанна высмотреть, и Гогена, и Писсарро. Русский поляк, рожденный в украинском Киеве, Малевич вдохновлялся традициями православного иконописания. Бесподобный рисунок гуашью на бумаге под названием «Маленькая деревня» напомнил мне австрийского Шиле. А в стиле «Плащаницы» сто лет спустя будет работать чернокожий британский художник Крис Офили (в Великобритании его очень любят).

До 1907 Малевич жил в Курске. Там у него была жена и дети и работа в Управлении Курско-Московской железной дороги. Он два раза пробовал поступать в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. И два раза его туда не принимали. 

Кубизм

Картины Малевича 1912-1913 годов — как стихи. А именно: замысловатое воплощение простой мысли. Не налюбоваться. К этому моменту Малевич уже жил в Москве. В разводе со своей первой супругой и в браке — со второй.

Казимир Малевич — такой, каким мы его знаем

Супрематизм, философию которого сформулировал и проповедовал Малевич, лично у меня вызывает зевоту, хотя, определенно, там есть над чем поразмышлять.

(Например, с какой целью на выставке 0.10 в 1915 году в Петрограде «Черный квардрат» выставлялся в углу комнаты — как бы на месте, где бы красовалась главная домашняя икона; Tate, кстати, реконструировал эту экспозицию).

0.10_Exhibition

Выставка 0.10 в Петрограде, 1915 

В отношении искусства, я — скорее эстет, а потом уже философ. И еще больше — поэт. В супрематизме же — геометрия, а не эстетика. И еще меньше — поэзии. Поэтому лично мне он скучен и чужд. А оттого — к основному пласту творчества Малевича я отношусь с безразличием.

По залам, где были представлены работы этого периода, я прошла достаточно быстро. Пока не забрела в последний, наиболее впечатливший меня зал…

Поздние портреты Казимира Малевича

В 1933 году Малевич, который к тому времени жил в Петербурге и состоял в третьем браке, серьезно заболел. Серия его последних портретов, совмещающих цветовую насыщенность, свойственную супрематизму, и точность форм и черт, присущую реализму, произвели на меня неожиданно сильное впечатление. Это был какой-то совершенно другой Малевич. Настоящий, искренний. И стало неописуемо жаль того, что еще год — и он больше не сможет рисовать.

Я была не удивлена, что, вопреки обещаниям, у К.К. не получилось заехать за мной в отель. В Лондоне она теперь тоже — «пролетом». А значит, все — в спешке.

Встретились мы уже на выставке, в том самом последнем зале. И шли с ней через Темзу по Миллениум-бридж, навстречу вечно молодому Сейнт-Полу. Замерзжие, счастливые, вдохновленные на полуночное бдение в шумном мэйфейровском клубе. Назавтра мы разлетимся в разные стороны, увозя с собой в памяти этот долгий октябрьский день в Лондоне, полупустые залы громадного Tate Modern, и отстраненный взгляд «Девушки с красным древком» с позднего холста нашего общего Казимира Малевича.

Выставка Казимира Малевича в Тэйт-Модерн проходит до 26 октября

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Google+