Между светом и тьмой

К Марку Шагалу я отношусь с большой нежностью. Может быть оттого, что  тоже родилась в синеокой. Или потому что восемь с копейками лет прожила в эмиграции. Творчество Шагала насквозь пропитано Белоруссией, той, какой он её помнил и любил. Той, в которую никогда не вернулся («после войны от его Витебска ничего не осталось»).

Во многих своих работах художник использует одни и те же символы. Одноэтажные деревянные домики, которые и поныне рассыпаны по местным деревням и поселкам.

499px-Image-Chagall_Fiddler
Марк Шагал «Скрипач», 1912-1913.

Бродящие без присмотра белые куры и другое домашнее хозяйство: коровы, козы… Кирпичные трубы на треугольных шиферных крышах. Виднеющиеся вдалеке купола деревенской церкви.

the-three-candles

Марк Шагал «Три свечи», 1938.

А еще — влюбленные. Обнимающиеся пары, очарованные друг другом до такой степени, что оба «парят в облаках».

over-the-town
Марк Шагал «Над городом», 1918

Иностранные искусствоведы имеют обыкновение записывать эти элементы в ряды романтических, окрестив художника самым большим романтиком среди символистов. Мне же в них видится душераздирающее откровение, своего рода исповедь, и нескончаемая, непреодолимая ностальгия.

Картина «Между светом и тьмой» была написана Шагалом в промежутке между 1938-43 годами. Мне она видится так: поселок Лиозно, в 40 километрах от Витебска, где Марк провел значительную часть своего детства. Повозка с людьми, церквушка вдалеке, фонарь-прохожий… Все — серой краской. Ведь нет ни деревни больше этой, ни церкви. Все лишено цвета — ибо стерто войной и теперь живет исключительно в памяти.

между светом и тьмой шагалМарк Шагал «Между светом и тьмой», 1938-43.

В нижнем левом углу курица пытается защитить испуганного ребенка, потому что — больше некому. А рядом — художник и его жена Белла, точно слитые в одну фигуру, стоят спиной ко всему серому — им удалось вырваться, спастись, убежать от войны. В их образе отчетливо просматривается французский сине-бело-красный флаг — ставший для семьи художника символом спасения.

Посему и название: «Между светом и тьмой». Глубокое, добавлявшее картине еще большую эмоциональность горечь. И никакой романтики: откровение.

 У Роберта Рождественского есть замечательное стихотворение о Шагале. Читали?

Подписаться на блог

Укажите e-mail, чтобы получать уведомления о новых записях.






Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Google+